2 502
Оставить комментарий Распечатать

Гражданский кодекс и налоги

Размер шрифта:

Гражданско-правовые и налоговые отношения находятся в тесной связи, поскольку большая часть обязанностей налогоплательщика перед государством вытекает именно из отношений, которые выступают предметом гражданского права. Поэтому, вступившие в силу летом нынешнего года изменения в первую часть ГК РФ влекут и последствия налогового характера. Верховный суд РФ дал по этому поводу некоторые разъяснения, так что у нас есть тема для очередного интересного разговора.

Чему можно верить

Недостоверность сведений о контрагентах компании – головная боль нашего бизнеса. Чему мы должны доверять, заключая сделку с партнёром? Существует информация, которую для всеобщего сведения содержит ЕГРЮЛ. Но на практике налоговики требуют от нас, заключая сделки, проверять те же самые данные. В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" говорится о том, что налогоплательщик имеет право доверять информации, содержащейся в реестре и не обязан доказывать или опровергать её истинность. Отрадное решение. Но как оно будет соблюдаться на практике нижестоящими судами – вопрос пока открытый. В какой форме следует удостоверять полномочия представителей компании? В п. 2 ст. 312 Гражданского кодекса РФ установлено право требования от должностного лица контрагента нотариально удостоверенного документа, подтверждающего его полномочия. Есть ряд исключений из этого правила, но общая тенденция налицо. Кроме того, руководителям филиалов отныне также следует удостоверять свои полномочия. Указания на них в учредительном документе компании уже недостаточно. Эти новации, безусловно, пойдут на пользу добросовестным предпринимателям. Законодатель сделал ещё одно доброе дело. Поправки в ГК РФ несколько облегчают нам подтверждение расходов при исполнении сторонами договорных обязательств. Теперь закон содержит такую дефиницию, как «электронный документ, передаваемый по каналам связи» (см. п. 2 ст. 434). Следовательно, факт обмена информацией по электронной почте может быть признан в судебном порядке подтверждением того, что между сторонами заключён договор. Но обращаю ваше внимание, что положение о необходимости заверять документы при помощи электронной подписи никто не отменял. Судебная практика по этому вопросу пока остаётся досрочно противоречивой, а потому новыми положениями закона следует пользоваться с осторожностью. Посмотрим, как будет применяться эта новинка в судах.

Суды или контрагенты?

На практике иногда возникают ситуации, когда сторона, по закону обязанная заключить договор (например, после надлежащего акцептирования её оферты), уклоняется от выполнения такого обязательства. Отныне в соответствии с положениями п. 4 ст. 445 Гражданского кодекса РФ вам не надо ловить недобросовестного партнёра и заставлять исполнять обязанности, закреплённые в законе. Можно напрямую обращаться в суд. И решение, вынесенное судом, станет юридическим фактом, заменяющим неподписанный договор. А условия его исполнения будут установлены самим судом. Налоговые последствия: при проверке от вас не могут требовать представить договор. Достаточно будет решения, которое вынес суд.

Гаранты – не только банки

Одним из важных способов обеспечения обязательств в гражданско-правовых отношениях выступает, как известно, банковская гарантия. Но теперь в связи с изменениями, внесёнными в параграф 6 гл. 24 Гражданского кодекса РФ, участники гражданского оборота получают в своё распоряжение такой способ обеспечения обязательств, как независимая гарантия. Отныне гарантии могут выдавать и коммерческие организации. Законом установлено только требование к письменной форме такой гарантии, ничего больше. Однако в случае прямого указания в законе денежным гарантом может выступать только банк. Например, при использовании возмещения НДС в заявительной форме. На мой взгляд, стоит посмотреть на то, как будет складываться судебная практика по п. 1 ст. 266 Налогового кодекса РФ, где говорится о сомнительной задолженности. Она признаётся таковой, если не обеспечена поручительством, залогом и банковской гарантией. Независимая гарантия здесь не упомянута. Гражданское законодательство пока опережает налоговое, так что возможны коллизии. Законодатель облегчил жизнь налогоплательщику, закрепив в законе (параграф 8 гл. 24 Гражданского кодекса РФ) обеспечительный платёж, в качестве которого можно использовать как деньги, так и ценные бумаги, некоторые другие вещи. Теперь (если мы будем толковать норму закона буквально) сумма такого платежа не включается в базу по НДС, по крайней мере до того момента, когда он не зачитывается в счёт оплаты на основании договора.

Долги и сроки

Для налогоплательщика существенную роль играет момент, когда договорное обязательство следует считать исполненным, ведь именно с этого времени возникает база для исчисления НДС. А обязательства могут исполняться неравномерно, не в полном объёме, различными способами. У обязанной стороны могут возникать долги и просрочки, которые управомоченная сторона может простить или реструктурировать. Обращаю ваше внимание на следующие новинки. В соответствии с формулировкой ст. 409 Гражданского кодекса отступным признаётся только выплата денежных средств или передача другого имущества. Выполнение работ и оказание услуг заменить их не могут. Пока непонятно, в каком качестве следует воспринимать выплату подобных компенсаций при новации договора: санкция по старому договору или обязательство, вытекающее из нового? Во втором случае у фискальных органов может возникнуть соблазн доначисления НДС. А ещё налоговики могут завести разговор об обоснованности подобных затрат. Если же вы решите получить отступное по-старому – путём выполнения работ, оказания услуг – вам придётся проводить новацию договора, но в этом случае полученное по ранее действовавшему между сторонами соглашению может рассматриваться налоговыми органами как предоплата за работы/услуги. Следовательно, возникает основание для начисления НДС (см. п. 1 ст. 167 Налогового кодекса РФ). Законодатель внёс изменения в нормы, посвящённые просроченному долгу. Напомню, что по общим правилам срок исковой давности составляет три года (см. п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса). Течение этого срока может быть прервано, в том числе и в том случае, когда долг признаётся обязанной стороной (см. ст. 203 Гражданского кодекса РФ). При этом течение срока может быть восстановлено только в пределах десяти лет. До внесения поправок возобновление срока допускалось только в течение трёх лет. Но закон содержит одно непременное условие: обязанная сторона признаёт долг в письменной форме. Это важно для определения срока признания дохода кредитором и расхода – должником.

Универсальное правопреемство

Иногда возникают ситуации, когда отсутствие отдельных документов равнозначно отсутствию некоторых обязательств. В том числе и налоговых. Отсюда соблазн «случайной» утраты таких документов. В п. 26 упомянутого выше постановления разъясняется точка зрения Верховного Cуда РФ по одному из аспектов этой проблемы: после слияния юридических лиц все права и обязанности прекративших своё существование организаций переходят к правопреемнику автоматически, независимо от наличия передаточного акта. То есть правопреемство, возникшее в результате слияния юрлица, носит универсальный характер. Таким образом, законодатель закрывает ряд способов оптимизации, которыми пользовались предприниматели, используя инструмент реорганизации юрлиц («забывчивость» по поводу налоговой задолженности или о факте переплаты НДС).

Что такое недвижимость

С точки зрения налогообложения важно точное определение того, что можно считать недвижимым имуществом, а что – нельзя. Поправки в Гражданский кодекс затронули и эту проблему. Нынешняя редакция ст.ст. 130, 131 Гражданского кодекса РФ относит к недвижимости правомерно возведённые сооружения после окончания работ по возведению фундамента. Зато факт замощения земельного участка не является основанием для признания его недвижимым имуществом (строго говоря, плитку действительно можно отделить от земной поверхности без причинения непоправимого ущерба). Теперь возникает некоторая ясность при разрешении споров, связанных с налогообложением недостроенных объектов.

Разные споры – разные законы

Важное разъяснение содержится в п. 77 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ. Здесь проводится разграничение в предмете правового регулирования двух смежных отраслей права: гражданского и налогового. И в связи с этим разграничение компетенции судов при рассмотрении двух категорий споров: гражданско-правовых и налоговых. Краткое резюме. С одной стороны, при разрешении споров о признании сделки недействительной (такие споры входят в предмет гражданского и гражданско-процессуального права) в предмет доказывания не входят факты уклонения сторонами спора от уплаты налогов. А с другой стороны, суды, рассматривая уже налоговые споры, обязаны при вынесении решений учитывать подлинное экономическое содержание той или иной хозяйственной акции. То есть налоговые органы, как и прежде, не смогут инициировать процедуру признания сделки недействительно только на основании выявленных налоговых правонарушений. Налоговые последствия – отдельно; гражданско-правовые – отдельно.

Различные субъекты – отдельная ответственность

Сама концепция юридического лица как коллективного субъекта права разрабатывалась европейскими цивилистами позапрошлого века в том числе и с целью разнести ответственность коллективных и индивидуальных участников хозяйственной деятельности. То есть по общему правилу участники, учредители, руководители юридического лица не несут ответственности по обязательствам возглавляемой ими организации. Из этого правила действующий Гражданский кодекс РФ делает несколько исключений. Так, в соответствии с положениями ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ уполномоченное лицо несёт субсидиарную (дополнительную в недостающей части возмещения ущерба) ответственность по обязательствам представляемого им юридического лица. Дело в том, что налоговые органы при разрешении многих споров стоят на позиции «после того – значит вследствие того». Дескать, если отрицательные последствия в деятельности юрлица наступили в то время, когда его руководящие органы возглавлял конкретный человек, то на это физическое лицо возлагается гражданско-правовая ответственность в виде обязанности возместить соответствующий ущерб. В п. 25 вышеуказанного постановления Пленум ВС РФ разъясняет, что в подобных случаях должна быть в обязательном порядке выявлена причинно-следственная связь между деяниями (действиями либо бездействиями) участника/учредителя, обладающего руководящими полномочиями, и негативными последствиями в виде ущерба. В противном случае подобные отрицательные результаты будут рассматриваться в качестве объективно-неизбежных рисковых последствий предпринимательской деятельности юридического лица. Тем самым, устанавливается презумпция добросовестности руководителя коммерческой организации. Такая точка зрения усложняет позицию в судебном споре налоговых органов и облегчает положение налогоплательщика. Нужно отдать должное последовательности и профессионализму авторов большинства летних поправок в Гражданский кодекс РФ. Дело за судебной практикой. Держим руку на пульсе событий.

Оставить комментарий Распечатать