Айсберг российского бизнеса: 5 уровней проблем, которые убивают прибыль

Содержание

Это Саша. У него небольшой мебельный бизнес. Заказы есть, люди работают, станки шумят. Сам Саша весь день на телефоне, а вечером ещё успевает побыть бухгалтером, снабженцем и человеком, который обещает клиенту: «Завтра точно привезём». Только бизнес работает всё хуже. Один мастер ушёл, материалы подорожали, два заказа перенесли. Денег едва хватает на зарплаты и текущие платежи. Вместо нового станка Саша покупает запчасти к старому. Ещё один такой месяц — и придётся думать, как закрываться.

Саша уже пробовал работать больше. Помогает примерно до момента, когда снова нужно спать. Он поднимал цены, искал сотрудников, договаривался с поставщиками. Одну проблему удавалось решить, но рядом появлялись ещё две. Тогда Саша решает разобраться, что вообще происходит с бизнесом в России и как эти проблемы связаны. Так начинается его путешествие по айсбергу проблем бизнеса.

На поверхности находятся вещи, с которыми предприниматель сталкивается каждый день. Ниже — правила и условия, которые влияют на целые отрасли. У самого основания — вопрос: откуда брать деньги на развитие? Саша начинает с вершины. Впереди пять уровней, и на каждом его уже кто-то ждёт.

Уровень первый: кадры, инфляция и аренда

На вершине Сашу встречают кадры, инфляция и аренда. Выглядит это как милый белый кролик. Саша подходит поближе и очень быстро об этом жалеет.

Начинается всё с обычной вакансии. У Саши уволился опытный мастер. Вакансию открыли с прежней зарплатой, но подходящих откликов почти нет. Предложение подняли. Кандидат нашёлся, а на следующий день сообщил, что в другом месте ему дают больше. Тем временем новую вакансию увидели действующие сотрудники. Им тоже интересно, почему новичок должен получать больше человека, который будет его обучать. Теперь зарплату обсуждает весь цех.

Можно взять начинающего. Только рядом с ним придётся поставить опытного мастера. Пока один учится, второй часть дня объясняет, проверяет и исправляет ошибки. В штатном расписании людей стало больше, а готовых шкафов — пока столько же, если не меньше. По данным Банка России, в сентябре 2026 года предприятий с нехваткой кадров стало меньше, но зарплаты всё ещё растут быстрее производительности. Компания повышает оплату, а выпуск не успевает за расходами.

Инфляция, аренда и цена для клиента

Параллельно дорожают материалы и доставка. Поставщик присылает новый прайс, перевозчик пересчитывает тариф, а покупатель спрашивает, почему шкаф месяц назад стоил дешевле. Саше хочется отправить его к поставщику, но продавать шкаф всё равно нужно самому. Даже снижение инфляции не возвращает старые цены. Если товар подорожал на 10%, а потом ещё на 10 — он стал дороже на 21%. Когда рост цен замедлится, эта прибавка сама собой не исчезнет.

Средняя инфляция из новостей ещё мало говорит о расходах конкретного цеха. Мастерская закупает плиты, фурнитуру и доставку. Если именно они резко подорожали, себестоимость шкафа вырастет сильнее среднего показателя. Есть ещё неприятный момент между заказом и доставкой: клиент уже внёс предоплату по старой цене, а материалы Саша покупает по новой. Клиент согласился на старую сумму. Теперь нужно либо договариваться о доплате, либо выполнять заказ с меньшей прибылью — и покупатель сам живёт с растущими расходами. Когда больше денег уходит на повседневные покупки, новый шкаф можно перенести на следующий год. Так Саша одновременно получает более дорогие закупки и клиента, которому труднее согласиться на новую цену.

Потом арендодатель поднимает плату. Саша ищет помещение дешевле и обнаруживает, что там нужно переделывать электрику, неудобно разгружать материалы, а станки ещё предстоит перевезти. Экономию на аренде сначала придётся оплатить переездом и простоем.

Теперь условный расчёт. Раньше мастерская получала 10 млн выручки, тратила девять и сохраняла миллион прибыли до налога. Потом выручка выросла до 11 млн, а расходы — до 10,6 млн. Прибыли осталось 400 000. Продажи выросли, прибыль сократилась на 60%. В отчёте о выручке всё выглядит бодро. Денег на станок стало меньше. Саша может поднять цены, но часть клиентов тогда отложит покупку или уйдёт к конкуренту. Поэтому он снова откладывает расширение.

Саша выбирается из первого столкновения и спускается к подножию. Кролик остаётся наверху. Дальше его ждёт другой противник.

Уровень второй: взносы, дробление и убытки

У подножия появляется монстр. Взносы, дробления и убытки. Щупалец у него много, и одно уже держит Сашу за рюкзак.

Взносы работодатель платит сверх зарплаты. Чем больше команда и выше оклады, тем дороже она обходится бизнесу. С 2026 года часть малых компаний потеряла льготу по взносам: сотрудники получают столько же, работодатель платит больше. Отсюда и соблазн выдавать часть зарплаты в конверте, чтобы сэкономить на взносах. Компания пытается сократить расходы там, где они растут каждый месяц.

С дроблением похожая история. Выручка растёт, бизнес приближается к налоговым лимитам. После их превышения платить придётся больше. Тогда один бизнес искусственно разносят по нескольким фирмам и ИП: заказы, сотрудники и управление общие, а выручка разделена. Цель — сохранить льготные режимы и платить меньше налогов. ФНС ищет такие схемы и доначисляет налоги. Вместе с пенями и штрафами экономия может превратиться в долг за несколько лет.

Прошлые убытки разрешают учесть при расчёте налога на прибыль, но по общему правилу они могут уменьшить нынешнюю базу максимум на половину. Допустим, компания получила 10 млн прибыли для расчёта налога. Даже если старых убытков столько же, 5 млн, налог всё равно придётся заплатить. Бизнес только восстанавливается, а часть денег уже нужно отдать.

Саша освобождается от щупалец и надевает маску. Следующий уровень уже под водой.

Уровень третий: налоговая нагрузка

На мелководье нападает налоговая нагрузка — огромный морской ёж. Саша пытается проплыть мимо, но тот резко разворачивается и снова идёт на него.

С 2025 года основная ставка налога на прибыль выросла с 20 до 25%. Прибыль для расчёта налога та же — 10 млн. А отдать нужно уже 2,5 млн вместо двух. Полмиллиона, которые могли остаться в бизнесе, уходят в бюджет.

С 2026 года основная ставка НДС — 22%. Компания пересчитывает закупки и цены. Если клиент готов платить дороже, часть нагрузки удаётся перенести в стоимость товара. Если нет — сохранить прежнюю прибыль сложнее.

УСН и прогрессивный НДФЛ

На УСН с 2026 года порог освобождения от НДС — 20 млн руб. дохода. Превысил его — появляется новый платёж. Можно применять специальные ставки 5 или 7% без вычета входного НДС либо общие ставки с вычетами. При этом налог по УСН остаётся, НДС добавляется к нему. Допустим, заказ продали за 10 млн. Доплачивать клиент не готов, поэтому 5% НДС приходится выделить из согласованной суммы — это примерно 476 000 руб. Клиент получил тот же заказ за те же деньги, а у компании почти на полмиллиона меньше выручки без НДС. Если запас прибыли был небольшим, разница ощутимая.

С 2025 года НДФЛ с зарплат рассчитывается по прогрессивной шкале — от 13 до 22%. Повышенная ставка действует на часть дохода сверх соответствующего порога. Если специалисту обещали фиксированную сумму на руки, рост НДФЛ приходится компенсировать увеличением начисленной зарплаты. Чтобы человек получил столько же, компания тратит больше.

Причём приблизиться к налоговым лимитам можно и без новых заказов. Материалы подорожали, Саша поднял цены, выручка выросла. Шкафов продали столько же, а доход уже подошёл к порогу. На бумаге бизнес вырос быстрее, чем в цехе.

Саша уходит от ежа через узкую расщелину. Дальше становится темнее.

Уровень четвёртый: исторические и внешние риски

В глубине Саша сталкивается с историческими и внешними рисками — тяжёлый ледяной монстр перекрывает дорогу.

В девяностые в России быстро менялась собственность. Заводы, банки и другие активы переходили в частные руки. Правила защиты инвесторов и отношений между владельцами ещё формировались. Всемирный банк отмечал, что массовая приватизация началась раньше полноценной системы защиты инвесторов. Для бизнеса это означало риски: партнёрский конфликт мог поставить под вопрос контроль над компанией и судьбу вложенных денег. Затем кризис 1998 года ударил по банкам и расчётам. После такого опыта деньги на 10 лет вперёд отдают с большой осторожностью. Инвестор хочет понимать, как защитить свою долю, разрешить спор с партнёром и вернуть вложение.

После начала СВО в 2022 году изменились поставки и расчёты. Санкции затронули финансовые операции, оборудование и технологии. Часть иностранных компаний ушла или сократила присутствие. Бизнес начал искать других поставщиков и перестраивать маршруты. Например, нужный станок нашли у нового продавца, но теперь нужно по-другому провести платёж, организовать доставку и разобраться с обслуживанием. На это уходят дополнительные деньги и время. Допустим, раньше оборудование приходило через два месяца, а теперь через пять. Три лишних месяца компания уже потратила деньги, но ещё не получила дополнительный выпуск. Зарплаты и аренду всё это время нужно платить.

Одновременно выросло значение оборонного заказа. Предприятия, которые его выполняют, получают контракты и загрузку. Другие производства конкурируют с ними за специалистов и подрядчиков. Саша может продавать только обычную мебель, но фурнитуру ему поставляет импортёр, доставку выполняет перевозчик, а мастеру предложили больше на соседнем заводе. Так изменения доходят и до компаний, которые напрямую с ними не связаны.

Саша проходит мимо монстра и спускается к самому основанию. Расходы выросли, условия изменились. Где теперь брать деньги на развитие?

Уровень пятый: инвестиционная ловушка

У основания Сашу встречают инвестиционные барьеры. Монстр выходит из темноты и перекрывает дорогу. Саша добрался почти до конца, но здесь приходится остановиться.

Чтобы меньше зависеть от нехватки работников, бизнесу нужно повышать производительность. Например, купить оборудование, на котором ту же операцию будут выполнять шесть человек вместо десяти. Четверых можно перевести на другие заказы, а той же командой выпускать больше продукции. Если старый станок постоянно останавливается, призыв работать усерднее ничего в нём не починит. Или люди тратят часы на поиски материалов, переделки и ожидания задания — компания оплачивает это время, хотя продукции больше не становится. Поэтому вместе с оборудованием приходится менять организацию работы. Но сначала за обновление нужно заплатить: купить станок, привезти, установить и обучить людей. Пока всё это запускают, текущие расходы продолжаются. Дополнительная выручка появится позже.

Саша пытается накопить из прибыли. Только эти деньги каждый месяц нужны на что-нибудь срочное.

Первый вариант — кредит. Банк даёт деньги сейчас, а компания возвращает их с процентами по графику. Допустим, запуск задержался, первые партии получились с браком, клиентов оказалось меньше, чем рассчитывали. Дополнительной прибыли ещё нет, а платёж банку уже подошёл. Чем дороже кредит, тем меньше у проекта времени на исправление ошибок.

Второй вариант — инвестор. Он вкладывается в долю и зарабатывает, если растёт компания. Собственник делится бизнесом и управлением, зато риск запуска распределяется между партнёрами. Вместе с деньгами инвестор может принести технологии, опыт и выход к новым покупателям. Если он уже развивал похожее производство, не придётся учиться на каждой ошибке за свой счёт. Поэтому потеря доступа к зарубежному капиталу означает ещё и потерю части таких связей — особенно для проектов, которым мало просто занять деньги.

Почему инвестор осторожничает

Сам Саша вряд ли пойдёт в международный фонд ради станка, но деньги нужны производителю оборудования и поставщику материалов. Когда они откладывают свои проекты, мастерская тоже получает меньше возможностей обновиться.

Иностранные инвестиции продолжают поступать. Вопрос в том, на что именно идут деньги. По докладу ЮНКТАД за 2026 год, общий приток прямых иностранных инвестиций в Россию в 2025 году вырос, но стоимость объявленных новых проектов упала на 83% — примерно до 250 млн долларов. Авторы связывают рост притока главным образом с реинвестированием доходов, перестройкой компаний и другими финансовыми операциями. Деньги в статистике есть, а новых производств по этой цифре не сосчитать. Объявленные проекты ещё предстоит запустить, но резкое сокращение их стоимости показывает, что приток денег и готовность строить новое могут двигаться в разные стороны.

Посмотрим на ранний Яндекс. В него вкладывался Baring Vostok. По словам Майкла Калви, компании понадобилось несколько лет, чтобы выйти на безубыточность и подтвердить бизнес-модель. Деньги инвестора дали ей это время. Полученную прибыль Яндекс направлял на новые сервисы. Но для инвестора важна и судьба вложений при конфликте. В 2019 году Калви задержали по делу банка «Восточный». Защита связывала дело с корпоративным спором, обвинение — с хищением. В 2021 году суд назначил условное наказание, позже его смягчили, а в 2024 году судимость погасилась по истечении испытательного срока. Когда инвестор изучает новый проект, он смотрит и на такие истории. Сколько можно заработать — один вопрос. Что произойдёт с деньгами, если партнёры поссорятся, — другой.

Замкнутый круг

Саша пробует обойти монстра, но тот снова перекрывает путь. Бизнесу нужно финансирование, а инвестора не устраивает риск. Он готов проверять спрос, считать расходы и вкладываться поэтапно. Но ограничения на расчёты, трудности с выходом из проекта и непредсказуемые условия добавляют поводы отказаться. Российский инвестор считает так же: он сравнивает новый цех с другими вариантами — вложить деньги в другой бизнес, выбрать менее рискованный инструмент или подождать. Если проект не выдерживает такого сравнения, финансирования не будет, а компания откладывает модернизацию.

Старое оборудование требует больше ручной работы. Нужно больше сотрудников, а зарплаты растут. После этих расходов на новый станок снова не хватает. Получается замкнутый круг: бизнесу нужны вложения, чтобы снизить затраты и повысить выпуск, но привлечь их трудно, а накопить из текущей прибыли всё сложнее. Поэтому заказ, который мог принести рост, приходится отклонить. Сделать его уже нечем и некому.

Что в итоге

Саша отмечает последнюю точку на карте. Он дошёл до основания и увидел, как проблемы с разных уровней связаны между собой. Теперь Саша возвращается к своему бизнесу. Заказы всё ещё нужно выполнять, людей искать, а налоги платить. Сначала придётся понять, как стабилизировать работу и перестать терять деньги, а следующий шаг уже считать отдельно: что нужно обновить, кто купит дополнительную продукцию и откуда взять финансирование.

Если у вас похожая история — компания работает, а на следующий шаг постоянно не хватает денег, — приходите на бесплатную пятнадцатиминутную консультацию. Разберём расходы и налоги вашей компании, посмотрим, где возникают риски и какие изменения можно рассчитать. Ссылка в описании.

Видеообзоры о налогах и бизнесе в 2026 году — оптимизация налогов и защита активов:

• Перевели бизнес на новую компанию, чтобы оставить старой долги перед ФНС? Заплатит новая!
• Цифровой Титаник: Яндекс тонет, бизнес ищет шлюпки
• Все статьи колонки "Налоги ТВ — обзоры компании Туров и партнеры"