Как с помощью цифровой аналитики налоговая доказывает дробление?

Размер шрифта:

ФНС с помощью цифровой аналитики и автоматизированных систем собирает информацию о каждой компании и предпринимателе буквально по крупинкам: чеки, кассы, банки, сотрудники, контрагенты, IP-адреса, договоры, движение денег и взаимосвязи между бизнесами. И если где-то появляется нестыковка — она не остаётся незамеченной.

Навигация

На сегодняшний день абсолютно каждая мелочь, будучи подхваченной налоговой инспекцией, аккуратно состыковывается с остальными фактами и упаковывается в логичную конструкцию, превращаясь в доначисления налогов, пеней и штрафов. Это подтверждает свежая судебная практика.

Дело 1: дробление бизнеса через единый товарный знак и кадровый ресурс

Постановление арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22 декабря 2025 года. Налоговый орган доказал искусственное разделение бизнеса, показав суду, что несколько юридических лиц фактически работали как единый хозяйственный субъект. Важным оказалось не наличие формально разных реквизитов, а то, что ни внешняя, ни внутренняя организация деятельности не демонстрировала самостоятельности этих лиц.

Конкретные доказательства, которые сыграли роль: переписка с потенциальными заказчиками велась на одинаковых фирменных бланках с логотипом товарного знака основной компании — при полном отсутствии договоров, подтверждающих право других лиц его использовать. Первичные документы по выполненным работам совпадали по стилю оформления, структуре и визуальным элементам, что указывало на централизованное формирование. В заявках на тендеры фигурировали совпадающие элементы материально-технической базы и программного обеспечения — при отсутствии договорных оснований для их передачи или аренды. Отдельно суд оценил кадровый вопрос: сотрудники, формально оформленные в подконтрольных организациях, фигурировали как исполнители работ в документах разных компаний, что свидетельствовало о едином кадровом ресурсе. При совокупной оценке всех обстоятельств суд поддержал налоговую инспекцию.

Дело 2: арест дебиторской задолженности как обеспечительная мера

Постановление арбитражного суда Московского округа от 26 января 2026 года. По результатам камеральной проверки компании доначислили значительную сумму, оспорить которую не удалось. После этого инспекция применила обеспечительные меры, запретив распоряжение активами, в том числе дебиторской задолженностью по агентскому договору с иностранной компанией.

Решающим стало поведение налогоплательщика после введения запрета: изменение условий расчётов дополнительным соглашением, затрагивающее сроки исполнения, суд расценил как действия, противоречащие запрету и направленные на затруднение взыскания. Дополнительно суд учёл, что попытка оспорить обеспечительные меры была предпринята спустя длительный период — что негативно сказалось на оценке соблюдения сроков обжалования. Обеспечительные меры и взыскание дебиторской задолженности были признаны законными.

Дело 3: допрос свидетеля вне помещения налоговой инспекции

Постановление арбитражного суда Центрального округа от 26 января 2026 года. Подтверждена допустимость получения доказательств через допрос свидетеля вне стен налоговой инспекции. Оспаривание строилось на доводах о недопустимости такого протокола, однако суд установил, что нарушений процедуры, делающих доказательство недопустимым, нет: свидетель был предупреждён об ответственности, ему разъяснили права, протокол подписан без замечаний, а заявление о неправомерных действиях должностного лица не привело к возбуждению уголовного дела.

Суд также учёл противоречия в последующих объяснениях свидетеля и наличие иных доказательств, подтверждающих формальность поставщиков и отсутствие реального исполнения обязательств. Протокол допроса сохранил доказательственное значение и был использован в совокупности доказательств.

Дело 4: цифровые следы из изъятого телефона как налоговое доказательство

Постановление арбитражного суда Московского округа от 3 марта 2026 года. Закреплён подход, при котором цифровые следы, полученные в ходе совместных мероприятий с правоохранительными органами, могут использоваться как доказательство в налоговом споре — если оцениваются в системе с другими обстоятельствами.

Ключевым стартовым элементом стала переписка в мобильном телефоне, изъятом при расследовании уголовного дела. Однако итоговый вывод суды сделали не на одном сообщении, а на совпадении товарных позиций, задвоении номенклатуры, расхождении между реальными поставками и их отражением в УПД, нетипичном поведении поставщика по взаиморасчётам. Дополнительно суд дал негативную оценку представленному налогоплательщиком внесудебному экспертному исследованию — полученному без судебного назначения и без процессуальных гарантий для экспертного заключения. Совокупность доказательств была признана достаточной для подтверждения искусственности документооборота и получения необоснованной налоговой выгоды.

Если свести все эти истории в один практический вывод, он предельно прост: каждый элемент деятельности — документы, переписка, кадры, цифровые следы — может стать частью доказательной базы налоговой инспекции. Если остались вопросы — задавайте их в комментариях, ставьте лайк, подписывайтесь на канал. Всем пока.

Полезные материалы от Марата Самитова:

«Бухгалтерия: Перезагрузка» — авторский видеоканал Марата Самитова о бухгалтерском учете и налогообложении. Обучающие видео, вебинары, советы и разборы ошибок.:

Оставить комментарий Распечатать
Самитов Марат Эксперт по бухучету

Высшее образование в сфере налогов и финансов. Работал главным бухгалтером и финансовым директором. Основатель компании, которая оказывает услуги по бухгалтерскому сопровождению хозяйственной деятельности. Автор серии статей про налоги.