Перейти на мобильную версию
Помогаем преодолевать трудности

Гражданская процессуальная ответственность: соотношение норм АПК РФ и КОАП РФ
Правовая природа гражданской процессуальной ответственности

Отправить на печать Распечатать
/ Источник: Арбитражные споры
Гражданская процессуальная ответственность: соотношение норм АПК РФ и КОАП РФ ~ Правовая природа гражданской процессуальной ответственности

Проблемы гражданской процессуальной ответственности все чаще находят отражение в юридической периодике и научной литературе. Интерес к этой теме представляется оправданным. Теория гражданской процессуальной ответственности в российской правовой доктрине находится в стадии формирования. В связи с данным обстоятельством существует дискуссия по поводу природы такого вида юридической ответственности. Следует отметить, что, как и любая другая теоретическая проблема в науке гражданского процессуального права, проблема гражданской процессуальной ответственности имеет серьезное практическое значение. Тема гражданской процессуальной ответственности требует научного исследования в целях эффективного нормативного регулирования соответствующих отношений. Представляется оправданным тезис о существовании гражданской процессуальной ответственности как самостоятельного вида юридической ответственности. «В пылу дискуссии» о самом существовании такого самостоятельного вида ответственности, однако, конкретным вопросам часто не уделялось должного внимания. Так, например, требуют дальнейшей разработки вопросы отграничения мер гражданской процессуальной ответственности от мер административной, гражданско-правовой и дисциплинарной ответственности. Гражданская процессуальная ответственность является отраслевой юридической ответственностью. Основанием гражданской процессуальной ответственности является гражданское процессуальное нарушение, которое часто отождествляется с неисполнением процессуальной обязанности. В общей теории права очевидно существование вопроса природы любой отраслевой ответственности. Традиционно выделяются два вида собственно отраслевой юридической ответственности — гражданско-правовая ответственность и ответственность в рамках трудовых и служебных правоотношений (дисциплинарная и материальная). Проблемы экологической, уголовно-исполнительной и иных недавно выделенных видов юридической ответственности еще предстоит тщательно изучить.

Нормы, устанавливающие гражданско-правовую ответственность, направлены исключительно на охрану гражданских правоотношений, а меры гражданско-правовой ответственности, следовательно, как правило, носят компенсационный характер. Именно поэтому обязанность правонарушителя по возмещению убытков неразрывно связана с определенной денежной суммой. Также и нормы о дисциплинарной ответственности направлены на охрану трудовых и служебных правоотношений и реализуются в рамках данных правоотношений.

Например, работодатель, пользуясь своей дисциплинарной властью, применяет за неисполнение работником конкретных трудовых обязанностей такое дисциплинарное взыскание, как выговор. Понятно, что, например, за гражданско-правовое правонарушение применять такую меру бессмысленно.

С учетом вышеизложенного становится ясно, что нормы, устанавливающие уголовную и административную ответственность, не являются нормами отраслевой ответственности, так как направлены на защиту широкого круга общественных отношений, отраслевой характер которых не имеет значения.

Так, уголовная ответственность направлена на охрану и отношений собственности, и отношений по поводу жизни и здоровья, и, например, отношений по поводу осуществления правосудия. Однако не каждый критерий позволяет вычленить из всей массы норм об ответственности нормы непосредственно отраслевой направленности. В том случае, если мы возьмем в качестве такого критерия характер нормативного акта, устанавливающего такую ответственность, то, как справедливо замечает М. К. Треушников, можно будет говорить, например, о водной, воздушной и градостроительной ответственности.

Таким образом, исследуя отраслевой вид юридической ответственности, следует исходить из того, что соответствующие нормы могут содержаться в целом ряде нормативных актов, которые могут регулировать и отношения иного характера. Определяющим здесь будет природа данного вида юридической ответственности, а точнее, отраслевой характер соответствующего правоотношения, ибо ответственность есть правоотношение, содержание которого исчерпывается субъективным правом и юридической обязанностью.

Часто не вполне ясно, где «заканчивается» гражданская процессуальная ответственность и «начинается» гражданско-правовая, административная, дисциплинарная и другие виды юридической ответственности. Именно поэтому само существование гражданской процессуальной ответственности долгое время ставилось под сомнение, ибо меры этого «новорожденного» вида ответственности наиболее часто отождествляются в теории и правоприменительной деятельности с мерами административной ответственности, и, следовательно, выделение самостоятельного вида юридической ответственности некоторым юристам представляется бессмысленным. По мнению других, область применения мер процессуальной ответственности зачастую неосновательно сужается в пользу ответственности административной. Итак, необходимо решить вопрос о разграничении мер гражданской процессуальной и административной ответственности.

Разграничение мер гражданской процессуальной и административной ответственности

В теории гражданского процессуального права часто выделяются определенные меры процессуальной ответственности: штрафы, компенсационные меры, неблагоприятные процессуально-правовые последствия незаконной деятельности (часто именуемые мерами процессуальной защиты), применение гражданских процессуальных фикций и другие меры. Исключительно процессуальный характер, скажем, гражданских процессуальных фикций не может быть поставлен под сомнение. Значительно сложнее обстоит дело с природой судебных штрафов как мер гражданской процессуальной ответственности.

Так, некоторые ученые-процессуалисты считают, что штрафы, налагаемые в гражданском и арбитражном процессе, есть ничто иное, как мера административной ответственности. Другие юристы полагают, что все без исключения судебные штрафы — мера гражданской процессуальной ответственности. Необходимо разобраться в природе процессуального штрафа, так как отнесение этой меры к одному из видов юридической ответственности коренным образом влияет непосредственно на порядок наложения такого денежного взыскания, то есть помимо чисто догматического интереса имеет глубокое практическое значение.

По мнению Э. Э. Доброхотовой, судебный штраф представляет собой меру юридической ответственности в виде денежного взыскания, налагаемого судом (а на стадии исполнительного производства — и судебным приставом исполнителем) на должностных лиц, граждан и организации в случаях, порядке и размере, предусмотренных законодательством, за нарушение процессуальных обязанностей, возложенных на них законом или судом. Но проблема определения сущности процессуального штрафа заключается именно в том, что они часто устанавливаются за нарушения непроцессуальных обязанностей.

Судебные штрафы могут применяться судом и судебным приставом только в случаях, предусмотренных законом. Штрафы, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (Арбитражный процессуальный кодекс) (далее — АПК РФ), казалось бы, можно отнести к мерам гражданской процессуальной, а не административной ответственности по целому ряду причин.

Прежде всего следует сказать о формальной стороне вопроса.

Во-первых, в соответствии со статьей 3.1 (Статья 3.1 КОАП РФ) Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) основанием для наложения административного штрафа является совершение административного правонарушения, а, например, непредоставление истребованных доказательств по неуважительным причинам (часть девятая статьи 66 АПК РФ) не является административным правонарушением, такого состава нет в Особенной части КоАП РФ.

Во-вторых, существует особый порядок наложения судебного штрафа, установленный АПК РФ, согласно которому суд выносит соответствующее определение, причем лицо, на которое наложен штраф, такое определение может обжаловать (часть шестая статьи 120 АПК РФ (Статья 120 АПК РФ)).

Раздел IV КоАП РФ устанавливает иной порядок наложения штрафа как меры административной ответственности. Совершенно справедливо мнение Г. А. Жилина о том, что для наложения штрафа, установленного процессуальным законодательством, не требуется соблюдения процедур, предусмотренных КоАП РФ. Теперь можно обратиться к теоретической стороне вопроса. Как было выяснено, характер мер ответственности определяется не закреплением их в определенном акте, а раскрывается посредством уяснения природы правоотношения ответственности. Ответственность, например, за неявку в судебное заседание свидетелей, экспертов, переводчиков не имеет самостоятельного характера, она призвана обеспечивать стабильность не абстрактных общественных отношений (как административная и уголовная ответственность), а нормального хода конкретного гражданского дела.

Гражданская процессуальная ответственность связана с другими гражданскими процессуальными правоотношениями, например ответственность свидетеля за неявку в судебное заседание, то есть за неисполнение им своей процессуальной обязанности, связана с общим правовым статусом свидетеля в процессе, который включает в себя целую совокупность процессуальных прав и обязанностей.

Следует сказать, что гражданская процессуальная ответственность, суть которой заключается в обязанности претерпеть определенные неблагоприятные последствия (в данном случае речь идет лишь о негативной юридической ответственности), по нашему мнению, имеет двойственный характер, как и метод регулирования в гражданском процессуальном праве, ибо она охраняет как конкретный интерес (например, другой стороны в реализации ее права на защиту), так и публичный интерес в эффективной судебной защите права. Именно поэтому меры гражданской процессуальной ответственности часто отождествлялись с мерами административной ответственности, основная функция которой — защита общественного интереса, а также с гражданско-правовой ответственностью, призванной защитить только частный интерес.

Поскольку гражданская процессуальная ответственность укладывается в рамки гражданского процессуального правоотношения, встает вопрос о субъектах такого правоотношения. По сути дела, появляется проблема субъектного состава. Возникает вопрос о лицах, просто присутствующих в зале судебного заседания (хотя в смысле применения штрафных санкций за нарушения порядка законодатель не делает никаких различий между данными лицами и участниками процесса).

Если признать меры, установленные статьей 154 АПК РФ (Статья 154 АПК РФ) и применяемые к лицам, нарушающим порядок в зале суда, но не участвующим в процессе, мерами гражданской процессуальной ответственности, получается, что любое лицо, просто пришедшее послушать гражданское дело, при входе в зал становится носителем гражданской процессуальной обязанности (за неисполнение которой субъекты несут гражданскую процессуальную ответственность), субъектом гражданского процессуального правоотношения. Вызвано это тем обстоятельством, что в случае нарушения порядка данное лицо будет обязано по нормам, установленным гражданским процессуальным законодательством, претерпеть определенные неблагоприятные последствия, а затем приобретет право в процессуальном порядке обжаловать определение суда.

Выходит, лицо, ранее не имеющее никакого отношения к гражданскому делу, становится носителем гражданских процессуальных прав и обязанностей. Следуя такой логике, в перечень субъектов гражданских процессуальных правоотношений следовало бы включить новую категорию лиц — «посторонние нарушители порядка». Естественно, так вопрос ставить нельзя, и о природе таких мер ответственности будет сказано ниже.

Исчерпывающий перечень случаев применения судебных штрафов установлен процессуальным законодательством. Но существует определенная теоретическая и практическая проблема. Например, кроме статьи 154 АПК РФ, которая закрепляет неблагоприятные последствия для нарушителей порядка в судебном заседании, действует статья 17.3 КоАП РФ (Статья 17.3 КОАП РФ), устанавливающая ответственность за неисполнение законного распоряжения судьи или судебного пристава о прекращении действий, нарушающих установленные в суде правила. Причем, кроме штрафа, здесь фигурирует и такая строгая мера ответственности, как административный арест. Сказать, что такой штраф, предусмотренный законодательством об административных правонарушениях, есть мера гражданской процессуальной (или, например, мера уголовно-процессуальной ответственности, если допустить существование таковой) ответственности нельзя по формальному критерию — в соответствии со статьей 2.1 КоАП РФ (Статья 2.1 КОАП РФ) все указанные в данном законе правонарушения есть ад министративные правонарушения, и, следовательно, этот кодифицированный акт содержит лишь меры административной ответственности.

Также по формальным соображениям нельзя говорить о штрафах, установленных гражданским процессуальным законодательством как о мере административной ответственности, определенной статьей 1.1 КоАП РФ (Статья 1.1 КОАП РФ), которая совершенно четко ограничивает законодательство об административных правонарушениях КоАП РФ и принимаемых в соответствии с ним законами субъектов Российской Федерации, а именно — административная ответственность не может быть, например, установлена гражданским процессуальным или уголовно-процессуальным законом.

Однако существует мнение, что штрафные санкции как меры административной ответственности могут устанавливаться и отраслевым (в том числе и процессуальным) законодательством в соответствии с частью третьей статьи 3.2 КоАП РФ (Статья 3.2 КОАП РФ), которая предусматривает возможность установления таких мер ответственности, как предупреждение и штраф, иными законами. По нашему мнению, такой взгляд основан на неточном толковании указанной статьи.

Если рассматривать данное положение КоАП РФ в совокупности с упомянутой выше статьей 1.1 КоАП РФ, становится ясно, что законодатель здесь имел в виду не отраслевые нормативные акты, а законы субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

Интересно отметить, что АПК РФ и КоАП РФ за аналогичные противоправные действия в гражданском судопроизводстве устанавливают различные меры ответственности.

Так, суд вправе (в том числе и после устного замечания нарушителю и распоряжения прекратить нарушение порядка), руководствуясь статьей 119 АПК РФ (Статья 119 АПК РФ), наложить на граждан, виновных в нарушении порядка в судебном заседании, штраф в размере до 25 МРОТ. Законодательство об административных правонарушениях устанавливает за такое же нарушение штраф от 5 до 10 МРОТ (то есть менее строгую санкцию), но, как отмечалось, предусматривает возможность применения административного ареста, который не выделяется в теории гражданского процесса как мера гражданской процессуальной ответственности.

Таким образом, необходимо определить, какие из указанных мер ответственности суд может применять, например, к нарушителю порядка в судебном заседании. Получается, что судья за одно и то же действие может наложить судебный штраф в 1 МРОТ (в соответствии с АПК РФ) или применить нормы КоАП РФ и наложить более строгое наказание в виде ареста на срок до 15 суток — разница весьма существенная.

Необходимо определиться с природой судебных штрафов как мер юридической ответственности, теоретически обосновать порядок их наложения, основываясь на представлениях о сущности гражданской процессуальной и административной ответственности. Как уже отмечалось, гражданская процессуальная ответственность наступает за неисполнение гражданской процессуальной обязанности субъектом гражданского процессуального правоотношения. Обоснованным представляется взгляд на гражданскую процессуальную обязанность как составную часть правового статуса участников гражданского процесса:

— суда;

— лиц, участвующих в деле;

— других участников процесса.

Таким образом, в том случае, если признать судебный штраф мерой гражданской процессуальной ответственности, следует констатировать тот факт, что необходимым условием наложения такого денежного взыскания будет совершение гражданского процессуального нарушения, то есть нарушение процессуальной обязанности. Следовательно, для признания меры ответственности гражданской процессуальной необходимо, чтобы установлена она была за совершение гражданского процессуального правонарушения, характеризуемое наличием особого субъекта и его правового статуса в гражданском судопроизводстве. К тому же само гражданское процессуальное правоотношение ответственности характеризуется двумя особыми субъектами: суд и правонарушитель (участник процесса).

Действительно, процессуальное нарушение есть первичное явление по отношению к ответственности, ибо нарушение — основание ответственности. В этой связи немаловажно будет напомнить, за какие правонарушения гражданское процессуальное законодательство устанавливает судебные штрафы.

В перечень таких нарушений входят:

— неизвещение суда в установленный срок о невозможности представить истребуемое доказательство и невыполнение требования суда о представлении истребованных доказательств по неуважительной причине (часть девятая статьи 66 АПК РФ (Статья 66 АПК РФ));

— нарушение запрещений, связанных с мерами по обеспечению иска (часть вторая статьи 96 АПК РФ (Статья 96 АПК РФ));

— нарушение порядка в судебном заседании (часть пятая статьи 154 АПК РФ (Статья 154 АПК РФ));

— уклонение лиц, участвующих в деле, от явки в судебное заседание в том случае, если их явка была признана обязательной судом на основании закона (часть четвертая статьи 156 АПК РФ (Статья 156 АПК РФ));

— неявка по неуважительной причине свидетеля, эксперта, переводчика (часть вторая статьи 157 АПК РФ (Статья 157 АПК РФ));

— неявка в судебное заседание представителя органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица в делах, возникающих из публичных правоотношений, в том случае, если такая явка обязательна (часть третья статьи 194 АПК РФ (Статья 194 АПК РФ)) и т. д.

Как уже отмечалось, мера ответственности признается гражданской процессуальной в том случае, если она устанавливается за совершение процессуального нарушения, выражающегося в неисполнении граждан¬ской процессуальной обязанности. Следует проанализировать установленные АПК РФ меры ответственности (в виде штрафа) на соответствие данному критерию.

Неизвещение суда в установленный срок о невозможности представить истребованное доказательство и невыполнение требования суда о представлении истребованных доказательств по неуважительной причине не могут быть признаны гражданским процессуальным правонарушением, так как в данном случае нет нарушения гражданской процессуальной обязанности — запрос суда об истребовании доказательств, обязательный для граждан и должностных лиц, не делает их носителями гражданской процессуальной обязанности, они не становятся участниками процесса. Суд для таких лиц выступает как любой другой государственный орган, распоряжения которого обязательны, например прокуратура (процессуальная деятельность суда здесь не имеет значения).

Нарушение порядка в судебном заседании и в суде вообще, связанное с неисполнением законного распоряжения судьи, также не может быть признано гражданским процессуальным правонарушением, и помещение аналогичного состава правонарушения в КоАП РФ обоснованно. Правила поведения граждан в суде одинаковы для всех. Здесь не имеет значения, являются ли, например, соответствующие физические лица представителями сторон по делу либо просто пришли в суд посидеть в зале судебного заседания или зашли за документами в архив суда. Обязанность соблюдать порядок в здании суда не носит гражданского процессуального характера, это обязанность скорее сродни обязанности соблюдать порядок в общественных местах и подчиняться законным распоряжениям должностных лиц (например, правоохранительных органов), призванных обеспечивать такой порядок. Тем более что законодатель в данном правонарушении не отделяет лиц, участвующих в процессе, от иных лиц.

Утрата исполнительного листа (статья 331 АПК РФ (Статья 331 АПК РФ)) также может быть с трудом признана гражданским процессуальным нарушением. Лица, которым направляются исполнительные листы, часто не вступают с судом в процессуальные правоотношения и не становятся субъектами гражданского процессуального правонарушения. В таких отношениях юрисдикционная функция суда не имеет значения, в данном случае суд также выступает как орган государственной власти, предписания которого обязательны для всех граждан, должностных лиц и организаций.

Сложнее природа нарушения запретов, связанных с мерами по обеспечению иска. Статья 91 АПК РФ (Статья 91 АПК РФ) устанавливает целый ряд мер по обеспечению иска, как правило связанных с определенными запретами ответчику и другим лицам. Следует признать, что характер обязанностей ответчика и иных лиц, установленных в данном случае гражданским процессуальным законодательством, различен.

Ответчик уже в момент применения мер по обеспечению иска является субъектом гражданских процессуальных правоотношений с судом. Следовательно, обязанность воздержаться от распоряжения соответствующими денежными средствами и иным имуществом при наложении ареста на имущество, а также не совершать определенные действия, по нашему убеждению, есть еще одна гражданская процессуальная обязанность ответчика, так как обеспечительный характер таких мер в связи с осуществлением правосудия по конкретному делу очевиден, несмотря на то обстоятельство, что суд, как правило, устанавливает обязанность ответчика воздержаться от действий материально-правового характера, например не заключать договор подряда, связанного с изменением свойств вещи, являющейся предметом спора.

В том, что касается обязанности лиц, не участвующих в процессе, не совершать определенных действий, данные обязанности нельзя признать процессуальными, иные лица не могут быть субъектами соответствующих правоотношений.

В итоге можно сказать, что штрафы, установленные за нарушение ответчиком запретов, связанных с мерами по обеспечению иска, есть меры гражданской процессуальной ответственности, а аналогичные денежные взыскания в отношении иных лиц мерами такого вида юридической ответственности не являются.

Исключительно гражданская процессуальная сущность мер, установленных за неявку по неуважительной причине свидетеля, эксперта, переводчика, не вызывает сомнений. Действительно, такие меры установлены за неисполнение участниками процесса своих обязанностей. Штрафы за неявку участников процесса в суд являются мерами гражданской процессуальной ответственности, хотя, возможно, данные принудительные меры, связанные с неявкой участника процесса, более точно могут быть обозначены как меры обеспечения производства по гражданскому делу. (Аналогичные меры предусмотрены в производстве по делам об административных правонарушениях в статье 27.1 КоАП РФ (Статья 27.1 КОАП РФ).)

Итак, далеко не все штрафы, установленные АПК РФ, можно отнести к мерам гражданской процессуальной ответственности, так как не все штрафы установлены за неисполнение гражданской процессуальной обязанности, хотя часть судебных штрафов действительно можно связать с гражданской процессуальной ответственностью. Возникает справедливый вопрос о том, как применять остальные меры, например за нарушение порядка в судебном заседании. Здесь следует ориентироваться на букву закона. Положение статьи 1.1 КоАП РФ, определяющее, какие акты составляют законодательство об административных правонарушениях, не позволяет признать судебные штрафы, например, за нарушение иными лицами мер по обеспечению иска, мерами административной ответственности, ибо в уголовном (все составы преступлений должны быть закреплены только в Уголовном кодексе РФ (статья 1 УК РФ (Статья 1 УК РФ)) и административном праве формальный критерий (включение всех составов правонарушений в определенный акт законодательства) стоит превыше всего.

Следовательно, до тех пор, пока такие меры, закрепленные сейчас процессуальным законодательством, не появятся в законодательстве об административных правонарушениях, говорить о судебных штрафах как мерах административной ответственности терминологически и формально-юридически неверно. Недаром законодатель ввел особое название для денежных взысканий в гражданском процессе — судебные штрафы (в отличие от административного штрафа). Как отмечалось, далеко не все судебные штрафы относятся к мерам гражданской процессуальной ответственности, а расширять понятие такой ответственности и относить к мерам процессуальной ответственности все штрафы, установленные АПК РФ, видимо, не следует. Можно условно обозначить такие штрафы как меры ответственности, установленные гражданским процессуальным законом (в отличие от мер гражданской процессуальной ответственности).

Такая сложная природа большинства судебных штрафов, обусловленная их, казалось бы, административно-правовой природой, но осложненная гражданской процессуальной процедурой их наложения, вызвана рациональными соображениями законодателя — соответствующие нормы должны быть размещены непосредственно в применяемом процессуальном акте, а «неадминистративный» порядок их реализации вызван процессуальной экономией, необходимостью своевременного и правильного реагирования на такие нарушения.

Теперь в качестве примера хотелось бы проанализировать применение мер ответственности за нарушение порядка в судебном заседании, предусмотренных частью первой статьи 17.3 КоАП РФ (Статья 17.3 КОАП РФ) и статьей 154 АПК РФ (Статья 154 АПК РФ), о которых говорилось выше.

Следует оговориться, что суды совсем не часто применяют такие меры, обычно ограничиваясь устным предостережением нарушителя без занесения в протокол судебного заседания, хотя в некоторых ситуациях применение мер ответственности за нарушение порядка в суде необходимо. Очевидно, что производство по правонарушениям, предусмотренным КоАП РФ, в том числе и связанным с осуществлением правосудия, должно осуществляться только в порядке, закрепленном КоАП РФ, а не АПК РФ.

В соответствии с гражданским процессуальным законом лицу, нарушающему порядок в судебном заседании, от имени суда объявляется предупреждение, при продолжении нарушений суд может удалить таких лиц из зала судебного заседания и наложить на них штраф. Понятно, что такая мера, как удаление из зала судебных заседаний, не является одной из мер административной ответственности (по нашему мнению, удаление из зала суда не является и мерой гражданской процессуальной ответственности), исчерпывающий перечень которых установлен статьей 3.2 КоАП РФ (Статья 3.2 КОАП РФ), а, скорее, как уже говорилось, выступает как мера обеспечения производства по гражданскому делу.

Также и предупреждение председательствующего, вопреки имеющемуся в юридической литературе мнению, не может быть признано мерой административной ответственности, ибо в соответствии со статьей 3.4 (Статья 3.4 КОАП РФ) и статьей 32.1 (Статья 32.1 КОАП РФ) КоАП РФ административное предупреждение выносится в письменной форме, подразумевающей передачу правонарушителю копии такого решения, а запись в протоколе судебного заседания о сделанном судьей предупреждении не отвечает таким требованиям. По нашему мнению, в этом случае предупреждение выступает как законное распоряжение судьи о прекращении действий, нарушающих установленные в суде правила.

При повторном нарушении порядка в судебном заседании, как уже отмечалось, у судьи, казалось бы, появляется возможность применения мер ответственности, установленных АПК РФ (наложение судебного штрафа), или применения мер административной ответственности. Считаю, что в данном случае председательствующий может сам наложить лишь штраф в соответствии со статьей 154 АПК РФ и не может применить норму части первой статьи 17.3 КоАП РФ об ответственности за нарушение порядка в зале суда, ибо производство по административным правонарушениям, необходимое в этом случае, не может вклиниваться в гражданское дело, должно проводиться в соответствии с законодательством об административных правонарушениях. Представляется, что судья, посчитавший, что мер, предусмотренных АПК РФ, недостаточно, может обратиться к должностным лицам органов внутренних дел или судебному приставу, которые в соответствии с частью второй статьи 28.3 КоАП РФ (Статья 28.3 КОАП РФ) уполномочены составлять протокол об административном право нарушении, предусмотренном статьей 17.3 КоАП РФ, для возбуждения дела об административном правонарушении, которое в дальнейшем будет рассмотрено соответствующим судьей. По нашему мнению, такой порядок аналогичен установленному частью четвертой статьи 159 ГПК РФ (Статья 159 ГПК РФ) порядку направления судьей материалов прокурору для возбуждения уголовного дела в отношении нарушителя в случае, если в действиях лица, нарушающего порядок в судебном заседании, имеются признаки преступления.

Отметим, что состав административного правонарушения, связанного с невыполнением законного распоряжения судьи о прекращении нарушения установленных в суде правил, значительно шире состава правонарушения, описанного в статье 154 АПК РФ.

Во-первых, административное наказание может быть применено за нарушения порядка в зале при осуществлении как гражданского, так и уголовного, административного, конституционного правосудия.

Во-вторых, такое административное нарушение может быть совершено не только в зале суда, но и вообще в здании суда.

Вопрос здесь в том, могут ли к нарушителю быть применены меры, установленные АПК РФ, а затем еще в отношении него будет возбуждено дело об административном правонарушении за то же самое нарушение правил поведения в суде. Представляется, что такого быть не может в связи с одинаковой охранительной направленностью этих мер и их сущностным сходством, несмотря на то что за административное правонарушение наказание строже — вплоть до административного ареста. Хотя лицо, нарушившее порядок в зале арбитражного суда, может оказаться в более выгодном положении при признании его деяния административным правонарушением и назначении ему в виде наказания административного штрафа — в АПК РФ размер штрафов значительно выше, чем по КоАП РФ.

Итак, следует четко отграничивать меры гражданской процессуальной ответственности от мер административной ответственности и мер ответственности, установленных гражданским процессуальным законом. По нашему мнению, гражданская процессуальная ответственность неразрывно связана с иными составными частями правового статуса участника процесса, в который наряду с другими входят несколько важнейших элементов: процессуальные права и обязанности, правосубъектность. Включение в этот родовой правовой статус (особенности которого определяются природой гражданского процессуального правоотношения) элементов иной отраслевой направленности, следовательно, «смешение» правового статуса недопустимо.

М. Л. Гальперин, юрист компании «Эрнст энд Янг (СНГ)», аспирант кафедры гражданского процесса СПбГУ

Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Мы расскажем о последних новостях и публикациях. Читайте нас, где удобно. Будьте всегда в курсе главного!
icon-telegram-white Подписаться
e-mail рассылка
Подпишитесь на новости для юриста!
Раз в неделю мы будем отправлять самые важные статьи вам на электронную почту
Дорогие читатели, если вы увидели ошибку или опечатку, помогите нам ее исправить! Для этого выделите ошибку и нажмите одновременно клавиши «Ctrl» и «Enter». Мы узнаем о неточности и исправим её.
Поделиться:

комментарии

Чтобы оставить комментарий нужно авторизоваться

Актуально на портале

Кодексы

Петербургский правовой портал

PPT.RU - Власть. Право. Налоги. Бизнес


Вопрос юристу
Связь с редакцией
Tweet
Поделиться
+1
Like!
Класс
Свернуть
Наверх

Задайте вопрос юристу

Отвечают
живые люди
Вам не нужно оставлять телефон
Вы можете задать вопрос бесплатно

Опишите вашу проблему или вопрос

Выберите тип вопроса: